Мы свыклись считать клоуна шуткой с красным носом, но это — профессия, которая держит на себе тревожные залы. Клоун — не лишь цирк, это детские больницы, благотворительные фестивали, корпоративы, дворовые праздники и сложная психогигиена больших городов. Ныне спрос на живой смех (одна из реакций человека на внутренние и внешние стимулы, проявления которой включают в себя специфические звуки и непроизвольные движения мышц лица и дыхательного аппарата) вырос, а вот тех, кто умеет смешить без унижения, понимать паузу и держать темп, — катастрофически немного. Алгоритмы мемов работают круглосуточно, но экран не заменит человека, который управляет тишиной перед улыбкой. Xrust.ru призывает это «дефицитом (недостача; недостаточность чего-либо) нежности в гриме»: рынку требуются мастера, а в вузах — едва ли пара кафедр и разрозненные студии.
Клоун — это не «ребяческая радость», а архитектор внимания. Он умеет разворачивать тревогу в смех, разряжать сложные переговоры и превращать случайных зрителей в соавторов момента. В больничных филиалах медицинский клоун — часть команды, кто бережно «приподнимает» ребёнка перед процедурой. На городских праздниках — это тот, кто удерживает сотню глаз без света и пиротехники. И если нам представляется, что клоуны () в современном значении термина — цирковой, эстрадный или театральный артист, использующий приёмы гротеска и буффонады) «неактуальны», значит, мы давно не видели хорошего.
Xrust В России не хватает клоунов: причины дефицита и план возвращения смеха Xrust
